Колесный двухпалубный пассажирский речной пароход.
Енисей судоходен почти на всем протяжении (3487 километров), а на участке 2890 километров используется для лесосплава.

По вечерам, когда спадала жара и веяло прохладой, я любил выходить на берег Енисея. Небольшой ветерок, дувший с реки, разгонял насекомых, давая возможность насладиться природой. До чего красиво бывало на реке в вечернюю пору. Тишину широкого русла реки, освещаемого выглядывающей из-за легких тучек луной, нарушало беспрерывное движение теплоходов, пароходов, самоходных барж, буксиров с баржами и длиннющими плотами древесины…

В сумерках играли, переливаясь разноцветными сигналами, огоньки на мачтах судов. Басовитыми и тонкими голосами перекликались встречные пароходы. На берегу отчетливо слышались голоса плотовщиков, произносившие слова команд, перемежающихся отборным русским матом. Река трудилась, работала, не отдыхая ни днем, ни ночью и помогая доставлять грузы за тысячи километров…

Антон Павлович Чехов, проезжая Енисей во время своего путешествия на Сахалин, воскликнул, увидав могучую реку:

– В своей жизни не видел реки великолепнее Енисея!

Освоение Енисея, как судоходной реки, имеет свою историю. Впервые судоходное сообщение на сибирских реках открылось в тридцатых годах восемнадцатого столетия. Колесные пароходы появились на Иртыше и в среднем течении Оби в 1837 году. Их доставляли из европейской части России в разобранном виде в Тюмень, где собирали и спускали на воду.

На Енисее колесный пароход (других тогда не было) появился в 1863 году. И вот прошло 100 лет. По реке курсируют трехпалубные пассажирские теплоходы, отличающиеся комфортом и быстроходностью. Благодаря мощным буксирам и современным самоходным баржам значительно ускорилась доставка грузов в низовья реки. И, тем не менее, колесные суда, отапливаемые каменным углем, не списаны Красноярским пароходством, а совершают рейсы между городом и ближайшими селениями.

В наше время все пассажирские и торговые суда, независимо от тоннажа, доставляются на Енисей морским путем по Северному Ледовитому океану через Карское море и дельту реки.

Во время очередной регистрации в отделе МГБ его уполномоченный Чернов, к которому я вынужден был ходить отмечаться каждые две недели, сообщил, что из Красноярского краевого МГБ поступило указание: мне покинуть Казачинск и переехать на новое место жительства в город Норильск.

Самого указания я не видел, так как Чернов его не показал. В практике советских судебных и административных органов почему-то существует порядок не показывать находящимся под следствием заключенным основных документов, непосредственно их касающихся. Чаще всего о них рассказывают, в любом случае их зачитывают и то не полностью, а только те места, которые с точки зрения руководства могут быть преданы гласности.

Полученное сообщение меня естественно обрадовало. Значит красноярское МГБ заняло правильную позицию, признало справедливой мою жалобу на дискриминационное поведение казачинских властей и признало просьбу о выезде заслуживающей внимания. Я не постеснялся сказать об этом Чернову. Мне даже показалось, что ему, как чекисту, приятно было услышать похвалу в адрес своего начальства.

Поблагодарив Чернова за приятное известие, я счел необходимым поставить его в известность, что со дня на день в Казачинск должна на короткое время приехать моя жена, поэтому я прошу его отложить мой отъезд до времени её отъезда. Чернов посоветовал обратиться к начальнику отдела, что я и сделал. Получив согласие, я стал ждать приезда дорогой гостьи. В леспромхозе договорился, что по приезду жены мне дадут расчет.

О городе Норильске я имел весьма смутное представление. Кое-что слышал из рассказов заключенных, отбывавших там срок заключения. Плохого об этом городе не рассказывали, наоборот только хвалили, называли его «землей обетованной», где можно хорошо заработать, потому что ставки там повышенные, а кто работает по договору, получает ещё десятипроцентную северную надбавку.

Норильск – самый северный город Советского Союза, расположен за Полярным кругом на 69 градусе северной широты. Горнодобывающая промышленность на много сотен лет обеспечена запасами отличного качества каменным углем. В избытке добываются и перерабатываются более ценные полезные ископаемые: никель, олово, медь, алюминий, золото, платина.

Город большого, перспективного будущего привлекает не только изобилием работы и высокими заработками, но и бесперебойным снабжением в течение всего года продуктами питания: фруктами, промтоварами (зимой на самолетах, в период навигации на пароходах до Дудинки). Многоэтажные здания, построенные на вечной мерзлоте, снабжены всеми удобствами: паровое отопление, горячая и холодная вода, ванны.

Узнал также, что в Норильске существует профессиональный театр, работает несколько домов культуры и профсоюзных клубов с самодеятельными коллективами. В воображении уже рисовалась творческая работа в одном из них.

Две с лишним тысячи километров до Норильска предстояло преодолеть сначала на пароходе трое суток, а затем узкоколейкой от Дудинки 112 километров.

Когда Рая появилась в Казачинске, я был на работе. Увидав меня, она ужаснулась – настолько я изменился. Постарел, осунулся, очень похудел, изрядно прибавилось седины. Сказалось полугодовое скитание по тюрьмам Таллина, Ленинграда, Кирова, Красноярска. Казачинские мытарства добавили мне седых волос и не улучшили мою внешность.

Рая добиралась до Казачинска также не без приключений. Из-за отсутствия пароходных рейсов из Красноярска пришлось добираться на моторном катере, который не доехал до Казачинска несколько километров. Эти километры Рая преодолевала пешком вдоль берега реки.

Недельное пребывание Раи в Казачинске промчалось как один миг. Благоприятная, теплая погода позволяла нам много гулять, а иногда и купаться. Однажды, не побоявшись комаров и мошек, рискнули выйти за околицу Казачинска на заброшенное сельское кладбище и даже направились в сторону тайги. За что и поплатились. Вернулись с распухшими от укусов руками и волдырями на лицах…

Прощались в полной уверенности, что вскоре увидимся вновь. Договорились, что как только устроюсь с работой и квартирой, сразу же выпишу её и Алёшу. На прощание сунул Рае в карман 100 рублей. Каково же было моё изумление, когда через день деньги вернулись обратно. Видимо, подсчитав свои более чем скромные ресурсы, которых должно было хватить на железнодорожный билет до Ленинграда и билет до дядюшки на Кировском проспекте, Рая решила, что эти деньги окажутся более полезными мне при переезде в неизвестность…

Уполномоченный Чернов торопил меня с отъездом. Парохода до Дудинки как назло не было. Из Красноярска прибыл колесный пароход «Александр Невский», направлявшийся только до города Енисейска, в 150 километрах от Казачинска. Чернов, чтобы отчитаться перед начальством, потребовал, чтобы я выезжал этим пароходом и ждал следующий рейс в Енисейске.

Казачинск – Енисейск

Неистово печет июльское солнце. Жара, как на юге. Температура свыше 30 градусов. Даже не чувствуется речная прохлада. Так и хочется раздеться донага и прыгнуть с борта «Александра Невского» в прохладную прозрачную воду Енисея.

На палубе негде скрыться от палящего солнца. А тут еще сажа от густого черного дыма, летящая на сидящих на палубе пассажиров. Отапливаемый каменным углем допотопный пароход нещадно дымит на всю округу.

Внизу, в каютах, ещё хуже. Жар от работающих на полном ходу двигателей проникает во все щели и съедает остатки кислорода, попадающие вниз с палубы. Жара всех разморила, двигаются, как сонные мухи. Зато неугомонные ребятишки носятся сверху вниз и обратно, крича, смеясь и плача одновременно.

Наконец нашел более-менее комфортное местечко на носу рядом с якорями. Дыма здесь нет, прохладнее, чем где-либо, да и вид на Енисей и его крутые берега здесь открывается чудесный.

Правый берег реки пологий. По нему тянутся бесконечные болотистые пожни с нечастыми постройками в виде сараев и стогами сена. Левобережье высокое, с отвесными песчаными берегами, очень живописно. Встречаются деревни, близко к берегу подходит тайга, а иногда и дорога, по которой в клубах пыли то и дело проскакивают грузовики.

Первая остановка – Маклаково. Большой рабочий поселок. На самом берегу многочисленные строения, баржи на стапелях, мастерские – это местная судоверфь по ремонту и изготовлению деревянных судов для перевозки грузов.

Прочитать книгу в Интернете можно по адресу:

https://istina.russian-albion.com/ru/chto-est-istina–003-dekabr-2005-g/istoriya-4

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.