Среди представленных 22 октября в Нарвском колледже докладов наш особый интерес в данный момент вызвала работа учащегося 11-го класса Нарвской Православной гимназии Филиппа Гаврилова под названием «Русский язык в современном мире: статус, функции, популярность».

Как автор исследования Филипп сделал вывод о том, что статус русского языка в Эстонии скорее не определен и варьируется в зависимости от времени, политики государства и отношения людей к языку.

В настоящее время, как отметил в своей работе Филипп Гаврилов и подтвердил в беседе с журналистом нашего издания, русский язык по статистическим данным занимает 8-е место в мире, уступая лидеру – китайскому и «серебряному призеру» – английскому.

Важнейшая тенденция, характерная, по мнению Филиппа, вообще для всех языков, это лексическое обеднение, вызванное вполне объективными факторами, главным среди которых является повсеместная глобализация. При этом ситуация с русским языком, который считает родным почти четверть населения Эстонии, выглядит достаточно замысловато.

Поле фактическое и поле юридическое

Действительно, de jure русский язык в Эстонии как бы не существует, тогда как de facto знание русского требовалось практически для половины различных вакансий, выбранных нашим собеседником с сайта otsintood.ee.

Более того, Филипп Гаврилов самостоятельно организовал анкетирование своих сверстников в Нарве, и в результате выяснилось, что знание русского языка считает абсолютно необходимым внушительное большинство как русских, так и эстонцев (причем в процентном отношении последних оказалось даже больше – 85 против 78).

В плане частоты употребления половина эстоноязычных учащихся отметила, что использует в повседневной жизни русский язык, пусть даже и редко. При этом абсолютно все эстонцы сочли, что знание русского непременно пригодится в дальнейшей профессиональной деятельности.

В целом же статистика в Эстонии такова: по данным 2020 года, как минимум 25 процентов жителей (в точности 327тыс. 802 из 1 млн 328 тыс. 976) активно пользуются в общении русским языком.

Вывод автора, на наш взгляд, совершенно справедлив: «Статус русского языка скорее не определен и варьируется в зависимости от времени, политики государства и отношения людей к языку».

«О’кей» шагает по республике

Филипп Гаврилов точно обозначил специфику нынешней лингвистической парадигмы в Эстонии, которая характерна явным усилением роли английского языка, активно проникающего как в русскую, так и в эстонскую речь главным образом в виде сленга, по большей части компьютерного. И не только, так как, например, известная на весь мир аббревиатура OK, насчет происхождения которой существует десятка два версий (чаще всего считается, что это – неправильное сокращение от all correct), уже включается в учебники эстонского языка в качестве выражения согласия.

Изучение учебных планов гимназий Таллинна, Тарту, Пярну показало, что в эстонских школах английский как иностранный пребывает в несомненном приоритете по отношению к русскому. Да и жизненный опыт многих из нас, в том числе и Филиппа, подтверждает, что если путешествовать к западу, юго-западу и югу от Ида-Вирумаа и при этом слабо владеть эстонским, то почти всегда выручает знание английского языка, а популярность русского заметно падает вплоть до полной незаинтересованности.

Будущее кажется пессимистичным, но…

Итоговый вывод Филиппа Гаврилова неутешителен. Обеднение русского языка – процесс, к сожалению, необратимый. Однако его можно хотя бы замедлить. И в этом плане Нарва благодаря своей географии могла бы сделать очень многое. «Сохранять русскую речь, – пояснил Филипп, – можно благодаря различным проектам, направленным на распространение и прививание любви к языку.

Проектная деятельность актуальна в большей степени среди молодежи; подобная возможность могла бы активно реализовываться в Нарве. Наконец, сами носители языка (то есть мы) должны банально не забывать своего родного языка. В силу своего возраста я верю в прекраснейшие слова: «Хочешь изменить свою жизнь – начни с себя». И в моем понимании, говоря о проблеме языка, каждый способен внести собственный вклад, начав с самого себя – контроль лексикона, чтение русской литературы с целью развития и пополнения словарного запаса, соблюдение различных правил языка».

“Если путешествовать к западу, юго-западу и югу от Ида-Вирумаа и при этом слабо владеть эстонским, то почти всегда выручает знание английского языка, а популярность русского заметно падает вплоть до полной незаинтересованности.”

Кроме того, как подчеркнул наш собеседник, в Эстонской Республике в настоящее время уже складывается, пусть и в небольшой степени, неформальное трехъязычие (этот термин вполне устоялся во многих государствах постсоветского пространства – С.Т.), о чем свидетельствуют, в частности, вышеотмеченные вакансии, где эстонский и русский языки просто требуются, а знание английского всячески приветствуется.

Читайте также здесь 

Сергей ТРОХАЧЕВ

Фото: из архива Филиппа Гаврилова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.