Начали восстанавливать Нарвскую гимназию для мальчиков.

Год назад, в конце июля 2021 года, наше издание завершило публикацию большого фрагмента книги Степана Рацевича «Глазами журналиста и актера: Из виденного и пережитого». Эта публикация произведения известного нарвитянина, пострадавшего в годы сталинских репрессий и реабилитированного Верховным Судом ЭССР, вызвала большой читательский интерес.

Откликаясь на многочисленные просьбы читателей, наше издание решило опубликовать очередную часть книги, из которой читатели узнают, что после досрочного освобождения из Вятлага нормальной и достойной жизнью Степану Рацевичу удалось пожить всего два года, после чего его и всю семью ждало новое и серьезное испытание.

Под наблюдением органов безопасности

После возвращения в Нарву я разу же устроился на работу режиссером драматического коллектива Дома Культуры № 1, имевшего прописку в единственном в городе кинотеатре «Сяде», размещавшимся в депо Петровского добровольного пожарного общества в бывшем рву крепости Германа.

Драматический коллектив Дома Культуры № 1 занимался в культпросветотделе, в единственной его комнате, отведенной этому учреждению, среди столов, кресел, шкафов, в очень стесненных условиях.

В его состав входили любители разных возрастов и профессий, в подавляющем большинстве рабочие и служащие Кренгольма. Прежде всего, это игравшая много лет на любительских сценах Т. Виноградова, участники самодеятельности довоенной Нарвы: Н. Иванов-Долинин, Н. Амман, Р. Матвеева. Активно участвовали в постановках бывшие члены Принаровских просветительных обществ, игравшие в моих спектаклях, когда я был инструктором Принаровья: И. Фаронов (Переволок), П. Радугин и И. Стеклов (Криуши), И. Чепурин (Кароль).
Для первого своего спектакля выбрал сцену из романа Фадеева «Молодая гвардия». Играть нам пришлось не на сцене «Сяде», а в Кренгольмской больнице, в большой пустовавшей палате, которая, кстати сказать, не отапливалась. Никогда не забуду, как на генеральную репетицию – приемку спектакля, явилась городская комиссия во главе с председателем горисполкома Л. Г. Климбергом. Члены комиссии с трудом отсидели репетицию, все замерзли, а Климберг, обращаясь ко мне, сказал: «Только за ваш героизм играть в таких условиях, следует поставить пятерку».

Наряду со спектаклями готовились и концертные программы. Выступать приходилось часто, два-три раза в неделю. Каждую субботу и воскресенье обязательно, а в другие дни в пору выборов и государственных праздников.

За полтора года работы в Доме Культуры № 1 кроме одноактовок и отрывков из спектаклей, были поставлены и сыграны: пьесы Островского «Не в свои сани не садись», «Не все коту масленица»; пьесы современных авторов Поташева «Сын», Сергиевского «Настенька», Катаева «День отдыха».

Поначалу работа спорилась. Коллектив жил дружной сплоченной семьей до тех пор, пока у некоторых участников самодеятельности не обнаружились черты зависти и склочности. Две закадычные подружки, имевшие длинные острые язычки – А. Варуль и З. Иванова в погоне за лучшими ролями не брезговали никакими средствами в достижении своих целей, внося сумятицу и постоянные раздоры. По их мнению, я оказывался пристрастен к некоторым исполнителям, выдвигая их на основные роли (Виноградова, Матвеева) и одновременно лишал ролей Варуль и Иванову. Посыпались жалобы заведующему отделом культуры горисполкома Волкову. Вспоминалась моя работа в буржуазной Эстонии, период заключения, моя якобы неблагонадежность.

Здание Нарвской городской библиотеки. 1946 год.

По странному совпадению в период наиболее острых склок меня пригласили в отдел МГБ для собеседования с каким-то незнакомым мне человеком, который отрекомендовался как представитель министерства государственной безопасности.

Разговор был долгим и нацеленным в одну точку: каковы мои отношения с Варуль и Ивановой. Чекист подробно расспрашивал, как я работаю с коллективом над постановкой спектаклей, все ли у нас благополучно с распределением ролей, все ли довольны моей работой, есть ли у нас внутренние распри и есть ли у меня претензии к отдельным участникам коллектива. По вполне понятным причинам, я отклонился от прямых ответов, не желая ставить точки над i. Собеседник был немало удивлен, когда услышал, что работой и её результатами я удовлетворен, никаких претензий ни к кому не имею. Если иногда и происходят размолвки, то это закономерное и нисколько не удивительное явление в жизни художественного коллектива. Сухо попрощавшись, чекист строго предупредил, что наш разговор конфиденциален и не подлежит разглашению.

Готовили к постановке комедию Валентина Катаева «День отдыха». Роли уже были распределены, Варуль в спектакле не была занята. Тем не менее, на читку она явилась и во всеуслышание заявила, что будет играть роль хозяйки гостиницы. Среди участников спектакля произошло некоторое замешательство. Никто не ожидал с её стороны такой наглой выходки. Все обратились в мою сторону, как я стану реагировать. Чтобы внести ясность, я совершенно спокойно ответил ей:
– Анна Григорьевна! Пока что режиссер здесь я! И данной мне властью распределяю роли, веду репетиции, выпускаю спектакли и несу личную ответственность перед руководством и коллективом за результаты нашей деятельности. Наиболее подходящей кандидатурой на роль хозяйки гостиницы считаю Виноградову, но не возражаю, если вы станете её дублировать. Ближе к выходу спектакля увидим: кто из вас лучше будет играть роль на репетициях, тот и будет играть премьеру. Судить об этом будет весь наш коллектив и представитель отдела культуры. Вы согласны?

На лице старой чувашки зарделся румянец. Она сквозь зубы процедила:
– Конечно, какие могут быть разговоры…

В день генеральной репетиции, проходившей в помещении отдела культуры, проездом из Ленинграда в Таллинн задержался в городе директор Ленинградского областного дома народного творчества А. А. Жуков, который присутствовал на нашей репетиции и которого я попросил быть судьей относительно роли с хозяйкой гостиницы. Проверить решили по первому акту. Первой репетировала Варуль, второй – Виноградова. Просмотрев игру обеих актрис, Жуков во всеуслышание авторитетно заявил:
– Двух мнений быть не может. Премьеру должна играть Виноградова. Варуль надо еще поработать над ролью, чтобы претендовать на участие в этом спектакле.

На некоторое время воцарилось глубокое молчание. Как ужаленная Варуль вскочила со своего места и выскочила из кабинета, хлопнув дверью. За ней ушла и Иванова. Все облегченно вздохнули, словно сбросили с плеч тяжелую ношу. Репетиция продолжалась.

С тяжелым чувством возвращался я домой, отлично понимая, что Варуль станет мне мстить, благо муж ее, бывший работник НКВД, свои связи с этим учреждением не порвал. Ведь в то время достаточно было маленького заявления о моей неблагонадежности и все, срок или ссылка мне были бы обеспечены.

Прочитать книгу в Интернете можно по адресу:
http://istina.russian-albion.com/ru/chto-est-istina–003-dekabr-2005-g/istoriya-4

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.