Государство ждет от Нарвы переименования ряда улиц, в числе которых и улица Арсентия Бастракова, на доме №1 которой находится табличка, извещающая о его подвиге. Фото: Наталья Соболева

Была такая чисто советская манера – переименовывать города в честь больших и малых знаменитостей. Сейчас, как общеизвестно, эстонское правительство усиленно борется с советским наследием, под которым, в частности, понимает и названия улиц, парков и даже мостов, получивших наименования в период советской власти.

Как народился, так и окрестился

Но борьба с советским прошлым ведется у нас в Эстонии совершенно советскими методами. В чем отличительная черта этих методов и манер? Первое: абсолютное игнорирование историчности топонимов, когда власть не понимает, что как человеку, так и местности (населенный пункт, река, гора), имя дается навсегда. (Бывают неудачные, плохо произносимые или плохо звучащие названия?

– Сплошь и рядом. Но тогда человек (или само население) просит изменить себе имя. Например, если ребенка назвали Дастрапер, т.е. «Да здравствует первое мая». Или вот не повезло деревне Лядцы в Гдовском районе Псковской области, где на дорожном указателе шутники постоянно пририсовывали к названию деревни букву «Б»).

Следовательно, переименования улиц и/или городов должны носить исключительный характер.

В этой связи сразу скажу, что нарвские улицы А.Юханова, А.Бастракова, И.Графова, М.Горбача и 26.Июля названы так в период их строительства, прокладки на месте разрушенных в 1944 году улиц старой планировки, которые не совпадали с нынешней.

Соответствуют ли названия улиц Юханова или Графова истории Эстонии

Теперь о «противоречивости» географических названий этих улиц Закону о топографических названий (KNS). Министр государственного управления Рийна Солман в своем известном письме от 16.09.2022 в адрес Нарвской горуправы заявляет, что упомянутые выше улицы нашего города имеют названия, противоречащие требованиям раздела 3-го данного закона. А именно – если имеем дело, по мнению министра, с топонимами, не подходящими истории и культуре Эстонии.

Тогда давайте почитаем внимательно § 9, входящий в упомянутый 3-й раздел закона: «Язык (языковость) топонима». И мы видим, что название объекта, естественно, должно быть эстоноязычным, и порядок эстоноязычности устанавливается постановлением Правительства Республики. Поскольку министр Солман не упрекает нас, что улицы Juhanovi, Bastakovi, Grafovi и другие (например, Puškini или Gerassimovi) не соответствуют эстоноязычности, то можно оставить этот § 9-й в стороне.

Хотя постойте, в одном месте этой нормы закона мы всё-таки находим фразу: «В эстоноязычности топонима разрешены обоснованные исторические и культурологические исключения» (KNS § 9 lg 3). Но тогда получается, что член правительства, министр Солман извратила закон, на который ссылается. А именно – там, где законодатель допускает исторические и культурологические особенности написания и/или произношения названий (могу для примера вспомнить нынешнюю таллиннскую улицу Wismari, которая именно так и писалась в 1930 годы на немецкий манер, а не Vismari, как было бы сейчас правильно), она увидела в названиях нарвских улиц несоответствие истории Эстонии и её культурным требованиям!

Но поскольку такого требования к названиям в Законе о топонимах, повторяю, не имеется, предложение министра в адрес горуправы Нарвы в этой части является противоправным. А потому министр госуправления пытается обмануть нарвские власти.

Герои сражений за Нарву – это не личности типа Даумана и Тиймана

В рассматриваемом письме г-жи Солман говорится ещё о двух улицах, носящих имена Анциса Даумана и А.-А.Тиймана. Вот эти названия после изменений KNS в 2020 году, действительно, стали прямо противоречить закону. В § 13 lg 4² сейчас сказано, что нельзя топонимом увековечивать лицо, если оно действовало против создания Эстонской Республики, против постоянства конституционного порядка или против восстановления самостоятельности Эстонии. И совет по топонимам (географическим названиям) уже делал соответствующее предложение министру госуправления.

Но такого же предложения по другим четырем указанным министром улицам не было, поскольку четыре бойца Красной армии, совершившие свои воинские подвиги под Нарвой в 1944 году в сражениях с нацистской Германией, не действовали против восстановления самостоятельности Эстонии. В очередной раз напомню, что в период с августа 1941-го по сентябрь 1944-го государственность Эстонии – реальная и даже номинальная – отсутствовала, и к моменту начала боевых действий на административной границе Эстонии здесь был всего лишь Эстонский генеральный округ Рейхкомиссариата Остланд со столицей в Риге.


Теперь, прибегая к лукавству и нечестной манипуляции с законами, даже память о них хотят убрать с табличек улиц города, в боях за который они погибли.

Именно эту оккупационную территориальную единицу освобождали от нацистских войск лейтенанты Юханов и Графов, красноармейцы Бастраков и Горбач, и ещё десятки тысяч русских и эстонцев, украинцев и белорусов. За это освобождение они уже отдали свои жизни.

Теперь, прибегая к лукавству и нечестной манипуляции с законами, даже память о них хотят убрать с табличек улиц города, в боях за который они погибли.

В связи с такой антиисторичностью и несправедливостью уместно вспомнить ещё об одном герое здешних сражений, с именем которого тоже сейчас расправились бы. Это – танкист Михаил Янголенко, который в марте 1945 года в составе своего подразделения освободил узников концлагеря в германском городке Бругсдорф.

Там, среди полуживых людей он увидел свою судьбу – эстонскую девушку, комсомолку из Нарвы по имени Мета. Дал слово найти её после войны, и в 1947 году они поженились. Мета Янголенко после окончания вечерней школы получила высшее партийное образование, и в 1960 году, вернувшись в «оккупированную» Нарву, стала председателем нашего горисполкома. Михаил же работал простым бригадиром в Нарвских электросетях. Но много и часто вспоминал о своем танке…

И вот когда Мету Виллемовну в 1969 году перевели в Таллинн на должность министра бытового обслуживания, то она в качестве члена правительства Эстонской ССР поспособствовала исполнению мечты мужа: на одном из военных полигонов по дороге из Красного Села до Гатчины официально договорились с воинской частью вывезти в Нарву одну из мишеней – танк Т-34А. 9 мая 1970 года Михаил вместе с Метой приехали на открытие этого памятника. Для кого как, а для них это был частный, семейный символ – реального освобождения реальным танком реальной узницы-нарвитянки…

«Проступает профиль Троцкого…»

А теперь самое время перейти к главному обоснованию министром госуправления Рийной Солман необходимости вынести на повестку дня нашей горуправой вопроса замены названий вышеупомянутых улиц цитирую, «не подходящих эстонской истории и истории культуры».

Это обоснование состоит, по мнению министра, в том, что исходя из ситуации, когда «Россия начала 24 февраля 2022 года полномасштабную военную агрессию против независимого государства Украины, для эстонского государства символическим значением является как можно скорее устранить наименования, посвященные людям, которые были связаны с преступлениями и репрессиями Советского Союза…» и т.д., что уже было изложено выше.

Итак, мы ясно видим, что, если даже фамилии героев, павших в сражениях с нацистами, не противоречат нынешнему закону ни по транскрипции (написанию, звучанию) или по фактору борьбы против независимости Эстонии, то правительству республики важно устранением памяти советских героев символически поддержать Украину в её борьбе против ужасающей и немыслимой в ХХI веке агрессии России. И уже не важно, что один из них – Михаил Горбач был украинцем, уроженцем Сумской области, и дрался он с фашистскими захватчиками за всю Советскую родину, не разбирая территориальных границ.

И внимание – сотни улиц городов и поселков Украины до сих пор носят имена героев Советского Союза. Поэтому такая, на грани шизофрении (термин медицинский – от древ.-греч. «расщеплять» «ум, мышление, мысль») «символическая поддержка» нашего правительства в очередной раз вуалирует истинную цель – ликвидировать в стране всё визуальное, напоминающее советские времена. Причем как раз таким образом, как это делалось при Советской власти. Например, при Сталине.

Вот, к примеру, такой исторический факт. Павел Постышев, секретарь Куйбышевского обкома ВКП (б) летом 1937 года приказал не отгружать в магазины со складов ящики со спичками, поскольку рассмотрел в этикетках, что там проступает профиль Троцкого. Затем из-за этих же причин перестали продавать школьные тетради и даже любительскую колбасу (некий клеветник или по-нынешнему троллер сообщил Постышеву, что на разрезе колбасы отчетливо проступают контуры фашистской свастики). В архивах сохранилась и доступна записка тогдашнего начальника Главного полит­управления Красной Армии Л. Мехлиса: «Тов.Жданову. Смотрел с помощью увеличительного стекла значки, о которых пишет т.Постышев. Не вижу никакой свастики. Постышев не там ищет врагов…25.11.1937».

Кажется, мы вернулись во времена таких же поисков. Главное, самим не включиться в процесс.

Александр Гамазин,
нарвитянин, юрист, награжден Почетным знаком «Гражданин Эстонии 2011 года»

    1 комментарий
    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *