В середине ноября жительница Нарва-Йыэсуу Анна получила из городской управы письмо, в котором ее уведомили, что горуправа не продлевает договор аренды на занимаемую Анной муниципальную квартиру и что к 8 января 2021 года Анна должна ее освободить. Вот такой подарок от городских властей к Рождеству и Новому году.

Муниципальное жилье в Нарва-Йыэсуу – это старые дома с печным отоплением. Фото Светланы ЗАЙЦЕВОЙ

Получила как погорелец
Двухкомнатная квартира с маленькой кухонькой, где живет Анна (имена героинь материала, но не чиновников, изменены – ред.), находится в одноэтажном кирпичном доме с печным отоплением на одной из центральных улиц курортного Нарва-Йыэсуу. Подобные каркасные домики, построенные в советское время по типовому проекту, прозывают в народе «финскими». Муниципальный дом рассчитан на три семьи. Соседка Анны, молодая женщина проблемного поведения Ксения, также получила письмо горуправы о выселении. Наниматель третьей квартиры в этом муниципальном доме выехал из нее еще летом. Собственно, здесь он фактически и не жил, бывал только в теплое время года. Сейчас эта квартира пустует.
Анна с двумя детьми въехала в муниципальную квартиру в 2004 году, получила она ее от самоуправления Нарва-Йыэсуу как погорелец. Случилась в жизни Анны такая страшная вещь – сгорел дом, где она жила со своими родственниками. По своей инициативе и за свои деньги Анна провела в дом, куда въехала после пожара, канализацию и водопровод, сделала в квартире туалет и душ (до этого времени «удобства» были на улице). Наниматель третьей квартиры выплатил свою долю в этом проекте; молодая соседка отказалась – «нет денег». Со временем Анна утеплила в квартире стены гипроком. У города денег на все эти преобразования не просила. «Конечно, для меня это были большие расходы. Но мне же с детьми здесь жить, я улучшаю условия для своей семьи, – рассказывает женщина. – К тому же подумала: если обращусь в управу, скорее всего все затянется надолго. Поэтому сама взяла и сделала; да и ходить с протянутой рукой я не привыкла. Несколько лет назад город за свой счет переложил в доме печь – все-таки имущество городское. Но дрова на зиму я всегда покупала сама». Коммунальные услуги Анна оплачивала в срок, долгов не имела, за прилегающей к дому территорией следила.
Несколько лет назад город сделал Анне предложение: мол, если хотите, можете выкупить весь дом с землей за 112 тысяч евро. «Для меня это баснословная, просто немыслимая сумма», – говорит женщина.
Конечно, все эти годы Анна мечтала о своей жилплощади – купить хотя бы маленькую квартирку. Но сначала надо было поднять, выучить детей. Потом попала на работе под сокращение, устроилась на другую – и там, как назло, сокращение штатов. Стояла в Кассе по безработице; освоила новую профессию. Только вздохнула – тут тебе коронакризис; опять полная неуверенность в завтрашнем дне.
А теперь еще известие о том, что договор аренды жилья город не продлевает. Обычно в Нарва-Йыэсуу договор заключается с нанимателем муниципального жилья сроком на пять лет. Осенью этого года в установленное время Анна подала очередное заявление о продлении договора.
– А в письме из горуправы обосновывается, почему на этот раз отказали? – спрашиваю я Анну.
– Мол, слишком долго живете в муниципальной квартире и можете уже купить себе свою или снимать другую. Но больше всего меня убил срок, за который я должна освободить квартиру. Письмо из горуправы от 14 ноября, выехать из квартиры я должна к 8 января. То есть мне дают меньше двух месяцев (!), чтобы сейчас, зимой, в разгар эпидемии коронавируса, я ходила по квартирам, срочно что-то искала, куда-то переезжала… Почему вдруг такая срочность?! Насколько я знаю, даже в бизнесе фирмы предупреждают о том, что аренда не будет продлена, минимум за полгода, дают время сориентироваться, собраться… Сказали бы мне летом, что можем не продлить, подыскивайте другую… А сейчас меня просто в два счета выкидывают на улицу!

«Это не по-человечески»
Депутат городского собрания Нарва-Йыэсуу и член городской жилищной комиссии Татьяна Пагаева была единственной из шести членов комиссии, кто проголосовал за то, чтобы Анне продлили договор об аренде муниципальной квартиры.
– Выселять человека зимой, да еще и в разгар эпидемии, которая сейчас приняла такие масштабы в нашем регионе, это, по-моему, бесчеловечно! – говорит Пагаева. – Я знаю Анну давно, с тех самых пор, как они с детьми и родственниками стали погорельцами; мы тогда в горуправе решали как раз вопрос о выделении им муниципального жилья. И все эти годы мы поддерживаем приятельские отношения. Я вижу, как она упорно преодолевает трудности. Дети у нее выросли хорошими, самостоятельными людьми; дочь пока проживает с ней, сын живет и работает в Таллинне. Они все трое, конечно, друг другу опора. Но считать, как это делают члены нашей комиссии, что теперь дети пусть и помогают матери с квартирой, на мой взгляд, не верно: они еще слишком молоды, у них нет своего жилья, перед ними стоит много сложных задач.
Ваш корреспондент поинтересовалась также мнением еще одного депутата городского собрания Нарва-Йыэсуу и члена жилищной комиссии Светланы Моисеевой.
Светлана Моисеева:
– Мы решили не продлевать договор аренды на том основании, что город не обязан предоставлять жилье человеку, который может работать и в состоянии сам обеспечить себя жильем. Покупать или снимать квартиру – это уже дело каждого. Что касается соседки Анны Ксении, то в свое время город предоставлял ей муниципальную жилплощадь как бывшей воспитаннице детдома. Сейчас она взрослый самостоятельный человек. К сожалению, у нее проблемы с алкоголем. Но это же не означает, что город должен постоянно обеспечивать ее муниципальным жильем.
– Впрочем, – продолжает г-жа Моисеева, – у города есть свободные квартиры в Ольгина и в Синимяэ. В принципе, если она опять обратится с ходатайством о предоставлении муниципального жилья, мы можем предложить ей переехать туда. Может быть, в Ольгина ей будет легче устроиться на работу, Нарва близко (Нарва-Йыэсуу тоже – ред.), и начать новую жизнь. Ходатайствовать о муниципальном жилье в Ольгина или Синимяэ может и Анна.
– То есть получается, что освободить надо не просто муниципальную квартиру как таковую, а конкретный дом в курортном Нарва-Йыэсуу? Потому что у горуправы есть конкретные планы на его счет? – делюсь я своим предположением с депутатом.
– Хочу высказать свое личное мнение, подчеркиваю, не мнение горуправы, – отвечает Светлана Моисеева. – Дом, о котором мы говорим, находится в центре курорта. В трудные времена город может его продать и пополнить свой бюджет или самостоятельно что-то построить. Согласитесь, будет хорошо для всех, если по этому адресу появится красивый новый дом.

Очереди нет
Как рассказал нашему изданию руководитель хозяйственного отдела горуправы Нарва-Йыэсуу и председатель жилищной комиссии Сергей Соловьев, муниципальные квартиры находятся в пяти домах курортного Нарва-Йыэсуу – дома деревянные, с печным отоплением, старый фонд, все они заняты; плюс у теперь большого Нарва-Йыэсуу есть две квартиры в Ольгина и две в Синимяэ – в многоквартирных домах, хрущевках и старом фонде, они пока свободны. Город их держит, по словам Соловьева, для непредвиденных случаев. Очереди на жилье в Нарва-Йыэсуу на данный момент нет.
– Согласно городскому порядку, на муниципальное жилье имеют право претендовать, во-первых, специалисты, необходимые городу и приехавшие сюда по приглашению управы, во-вторых, совершеннолетние воспитанники детского дома, в-третьих, люди, попавшие в чрезвычайно тяжелые обстоятельства (например, сгорел дом), в-четвертых, освободившиеся из мест заключения, в-пятых, семьи с детьми, оказавшиеся в кризисной ситуации, – объясняет чиновник. – Важно понимать, что муниципальное жилье – это временное жилье, оно дается человеку не на длительный срок, а на время, пока он встанет на ноги, поправит свое материальное положение.
Каждый случай, уверяет Соловьев, комиссия рассматривает отдельно, и договоры, как правило, город продлевает. Более 70 процентов проживающих сегодня в муниципальных квартирах пользуются ими уже более 10 лет, уточняет чиновник.
«Продлеваем, но каждый раз напоминаем: ищите себе жилье. Но, конечно, люди привыкают и потом воспринимают отказ в аренде как что-то противозаконное, – говорит Соловьев. – У нас есть несколько человек, которые являются инвалидами, и ясно, что работу они себе не найдут. Мы их и не трогаем. Планы по строительству в городе нескольких муниципальных домов мы пока притормозили из-за проблем в экономике».
Что касается Анны, то, по словам Соловьева, она человек работающий, имеет доход; Ксении тоже ничто не мешает найти работу.
– Но в принципе они имеют право написать ходатайство с просьбой продлить срок проживания в занимаемой сейчас квартире. Думаю, на один-два месяца мы сможем это сделать, – говорит Соловьев.
– А потом дом будет стоять пустой, ведь очереди на муниципальное жилье, вы говорите, нет? Какие планы на этот дом у управы?
– Пока будет стоять пустой. Потом будем его либо реновировать, либо сносить. Есть возможность и продавать на аукционе. Это уже будут решать депутаты. Но пока на повестке дня этот вопрос не стоит. По детальной планировке на этом участке можно строить двухэтажный дом, даже многоквартирный.

Старый дом можно снести, а можно и продать на аукционе. Фото Светланы ЗАЙЦЕВОЙ

В конце нашего разговора Сергей Соловьев вдруг замечает:
– Хочу сказать, что и Анна, и Ксения могут подать ходатайство о предоставлении им муниципального жилья, но это надо хорошо аргументировать. Комиссия рассмотрит. У нас ведь есть квартиры в Ольгина и в Синимяэ.

«Ничего просить у этих людей не буду»
Анна проконсультировалась по сложившейся ситуации у юриста в Таллинне. Тот уверил ее, что городская управа не имеет права лишать ее муниципального жилья, потому что оно было выделено ей как погорельцу и срок давности при этом не играет роли. Также он сказал, что в любом случае дать человеку менее двух месяцев на то, чтобы он освободил муниципальное жилье, это нарушение всех правил. О моральной стороне дела (зима, пандемия, временная работа) даже не говорим.
Как сказала мне Анна, никаких заявлений и ходатайств в горуправу она писать не собирается.
– Не буду подавать принципиально. Ничего не хочу просить у людей, которые поступают со мной таким образом и не способны поставить себя на мое место, – говорит женщина. – Бороться, как мне советует юрист, и тратить свои нервы не хочу. Искать сочувствия бесполезно. Иду вперед. А эту дверь я закрываю.
Светлана ЗАЙЦЕВА

Освободить жилплощадь попросили в два месяца – несмотря на зиму и пандемию
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.