Микропластик есть повсюду — не только в морской воде и прибрежном песке, но и в донных отложениях, атмосфере и даже в живых организмах. Хотя эти частицы не видны невооружённым глазом, их воздействие доходит до нашей пищи на столе, питьевой воды, а также оказывает влияние и на здоровье людей.
«Всё, что мы направляем в окружающую среду и в море, в конце концов возвращается к нам по кругу — через пищу, воду, воздух и в целом через всю среду обитания», — объясняет ученый лаборатории морской экологии Института морских систем TalTech Наталья Бухалко. «Микропластик — это не какая-то далёкая или абстрактная проблема – он напрямую влияет на наше здоровье, благополучие и будущее. Чем раньше мы начнём заниматься этой темой, тем выше шансы сохранить и мировые моря, да и нас самих более здоровыми».
Проблема микропластика в Балтийском море усугубляется и, по оценке учёных, часто недооценивается. «Балтийское море — полузамкнутый водоём, обмен воды в котором происходит очень медленно. Это означает, что всё, что сюда попадает, включая микропластик, задерживается здесь на исключительно долгий срок, а иногда и навсегда», — отмечает Бухалко. «Микропластик — это не просто маленький кусочек пластика; он несёт в себе добавки, используемые при производстве пластмасс, которые могут воздействовать как на морские организмы, так и на наземных животных, а также на нас самих».
К поверхности микропластика легко прикрепляются бактерии, грибы, опасные химические вещества и тяжёлые металлы. Это превращает микропластик в своего рода “транспортную платформу” водной среды, которая помогает распространять патогенные микроорганизмы и опасные вещества там, куда они в противном случае так легко не попадали бы. «Микропластик влияет и на планктон, и на рыб, и на птиц, и на донную фауну. Было обнаружено, что он может менять поведение животных, уровень энергии и даже способность к размножению», — отмечает Бухалко. Эти частицы находили и в морской воде, и в донных отложениях, а также в рыбе Балтийского моря, мидиях и других организмах. «Их находят и в песке на пляжах, и даже в воздухе — это означает, что частицы перемещаются не только с водой, но и с ветром и могут попадать в разные части среды гораздо дальше, чем можно было бы предположить», — добавляет Бухалко.
«Одним из самых тревожных открытий стало обнаружение микропластика в тех районах, где человеческая деятельность минимальна. Это показывает, насколько быстро и далеко способен перемещаться пластик и насколько сложно точно определить его происхождение», — объясняет учёный. «Мы также видим, что количество микропластика может быстро меняться во времени: сильные штормы, наводнения или сезонные изменения водного режима могут за несколько дней принести в море столько мусора, сколько обычно попадает туда за месяцы», — добавляет она.
Будущее несёт ещё более мелкое и невидимое загрязнение: нанопластик
Наука об изучении микропластика развивается быстро. «В ближайшие годы всё больше внимания будет привлекать нанопластик. Это ещё более мелкие частицы, обнаружить которые сложно, и которые могут проникать в клетки и ткани организмов гораздо глубже, чем микропластик», — говорит Бухалко. «Исследования нанопластика уже ведутся, но требуют гораздо более глубокого подхода, лучших аналитических методов и единых протоколов».
Параллельно необходимо тщательнее исследовать реальное влияние микропластика на физиологию организмов, обмен веществ, поведение и пищевые сети. «Эти направления исследований уже существуют, но становятся всё более системными, чтобы прийти к более сильным выводам как об экологических, так и о медицинских рисках», — отмечает морской эколог. «Важным развитием изучения становится и связывание микропластика с социально-экономическими моделями, чтобы оценить экономическое воздействие пластикового загрязнения, риски для здоровья и затраты, связанные с сокращением выбросов этого материала или со смягчением ситуации».
Микропластик не признаёт государственных границ, поэтому его нельзя изучать только в одной стране или лаборатории. «Сотрудничество между учёными — ключевой фактор: оно позволяет делиться методами, данными и опытом и создавать общеевропейские сети мониторинга», — подчёркивает Бухалко.
Эта сфера нуждается в новом поколении учёных
Осведомлённость о микропластике за последние годы выросла, однако масштабы проблемы и её “невидимость” часто недооценивают. Бухалко отмечает, что крупный мусор заметен, а микропластик — нет. «Многие не представляют, сколь много повседневных товаров распадается на микропластик и как он может попасть в наш организм».
Она подчёркивает, что морской сфере как никогда нужны новые учёные. «Балтийское море — как живой лабораторный комплекс: быстро меняющийся, интересный для научных исследований и при этом хрупкий. Молодые люди, выбирающие обучение по учебным программам морской экологии или морским системам, могут направить свои знания на действительно важные вопросы: как обеспечить устойчивое сохранение морей, защитить биоразнообразие и снизить влияние человеческой деятельности. Эта область предлагает научные вызовы, международные возможности сотрудничества и очень ясное понимание того, что твоя работа создаёт реальные изменения», — подтверждает эксперт.
Одним из примеров нового поколения учёных является студентка специальности Системы Земли, климат и технологии Института геологии TalTech Ийда Вирунурм, у которой возник интерес к теме микромусора во время профессиональной практики. «Темой выпускной работы я выбрала микропластик в поверхностном слое моря», — уточняет студентка. По её словам, самое интересное — насколько это новая и быстро развивающаяся научная область. «Пластик начал широко распространяться в мире только в середине прошлого века, а существование микропластика было обнаружено в начале этого века. Поскольку это довольно новая тема, то исследование количества микропластика и его влияния необходимо и интересно».
Важной частью её обучения являются полевые работы, которые придают теме более конкретное измерение. «Это совсем другое ощущение, когда сам видишь, что в пробе, собранной сетью посреди моря, действительно есть кусочки пластика и разных волокон, чем просто анализировать в лаборатории пробы, принесённые кем-то другим», — признаётся Вирунурм. С осени она также собирает пробы из ливневых колодцев в Таллинне. «В одной точке отбора, где ливневая вода уходит прямо в море, мы нашли в двадцати литрах воды пару сотен мелких пластиковых частиц. Такой опыт заставляет задуматься, сколько пластика на самом деле попадает в море».
Институт геологии TalTech
